![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
indrajaВчера вечером приехала в Игналину и в темноте спустилась к ближайшему из городских озёр. На этом берегу – край городка; длинный мост через тихое, еле заметное, растаявшее озеро. Можно ощутить то древнее представление, что за мостом через воду, за гранью поселения, в лесу (и тем более во тьме) – иной, потусторонний мир. Идти тихо, осторожно (ботинки скользят на мокром дереве!..). И остановиться на конце второго мостика, лицом к лесу. От города доносится сколько-то света, но не сравнить меньше, чем в вильнюсском парке.
Поздороваться.
И вернуться из той синеватой тишины назад.
На городской площади ёлка и фонтан, и примерно четыре человека. Дома – радио, и на радио в том числе и одна по-настоящему стОящая литовская эстрадная как бы рождественская песня, которая временами звучала в мыслях в последующий день, а её слова как-то переведены вот там .
А сегодня утром – то есть, всё ещё той же ночью, под лёгким дождём (..! , хорошо что хоть недолгим) – на автобус и в самый конец длинной деревни Мэйронис, где уже начинается лес.
Дороги не слишком мокрые, зато воздух – насыщенный влагой. Снег давно растаял, и тот лес, который проглядывает теперь, лес самых кратких дней,– уже не свеже-зелёный лес начала декабря. Во мгле как бы выпадает часть спектра; тёмные сосны отдают желтизной; вода в озёрах серая, переходящая в туман. Конец декабря без снега ещё не столь в разладе с порядком вещей, но уже есть предчувствие неприкрытой, не-белой, неукрашенной зимы-смерти. Снег дарит свет, земля замерзает, и истинная зима похожа на нарядный праздник нечувствительного отдыха. А в такой, когда-то зелёной, пахнущей только пресной водой зиме, в сером тумане понимаю, почему люди выбирали такие образы, метафоры из окружающего мира, чтобы говорить о небытии – или бытии совсем не здесь и не так.
Но это метафора, пусть очень убедительная, а для природы зимний покой отнюдь не ближе к смерти, чем кишащее лето, когда птички сотнями глотают жужжащих насекомых.
Поднимаюсь на «гору» Ладакальнис, откуда видно несколько озёр – но теперь туман. На горе растёт дуб – а ведь помню, когда его только посадили. Не такой давний каменный жертвенник и совсем новая, как понимаю, богиня Лада.
И потом опять по лесам и к озёрам (озеро Бальтис, Белый – запретный, но резерват наверно не пострадает...). И изнанка привычного леса всё понятней, туман становится всё уютней, деревья показываются и играючи скрываются, и уже пора на автобус, потому только смотрю на начало колеи, которая привела бы к моей первой стоянке там неполных три десятка лет тому назад – и ухожу с чувством, что здесь «всегда возвращаюсь домой».
А потом поездом в Вильнюс, и вечер дня рождения, дня, в котором пыталась представить, как если бы живая гуляю не по собственно иной стороне – но по крайней мере по неё облику, представлению о том, какая она могла бы быть.
(27-ое декабря кончилось; большое спасибо всем, кто в тот день поздравили! Последующие дни – уже совсем другие дни, поздравлять не с чем, а тот самый опять будет через год. И сам рассказ, надеюсь, задаёт некое настроение).
Поздороваться.
И вернуться из той синеватой тишины назад.
На городской площади ёлка и фонтан, и примерно четыре человека. Дома – радио, и на радио в том числе и одна по-настоящему стОящая литовская эстрадная как бы рождественская песня, которая временами звучала в мыслях в последующий день, а её слова как-то переведены вот там .
А сегодня утром – то есть, всё ещё той же ночью, под лёгким дождём (..! , хорошо что хоть недолгим) – на автобус и в самый конец длинной деревни Мэйронис, где уже начинается лес.
Дороги не слишком мокрые, зато воздух – насыщенный влагой. Снег давно растаял, и тот лес, который проглядывает теперь, лес самых кратких дней,– уже не свеже-зелёный лес начала декабря. Во мгле как бы выпадает часть спектра; тёмные сосны отдают желтизной; вода в озёрах серая, переходящая в туман. Конец декабря без снега ещё не столь в разладе с порядком вещей, но уже есть предчувствие неприкрытой, не-белой, неукрашенной зимы-смерти. Снег дарит свет, земля замерзает, и истинная зима похожа на нарядный праздник нечувствительного отдыха. А в такой, когда-то зелёной, пахнущей только пресной водой зиме, в сером тумане понимаю, почему люди выбирали такие образы, метафоры из окружающего мира, чтобы говорить о небытии – или бытии совсем не здесь и не так.
Но это метафора, пусть очень убедительная, а для природы зимний покой отнюдь не ближе к смерти, чем кишащее лето, когда птички сотнями глотают жужжащих насекомых.
Поднимаюсь на «гору» Ладакальнис, откуда видно несколько озёр – но теперь туман. На горе растёт дуб – а ведь помню, когда его только посадили. Не такой давний каменный жертвенник и совсем новая, как понимаю, богиня Лада.
И потом опять по лесам и к озёрам (озеро Бальтис, Белый – запретный, но резерват наверно не пострадает...). И изнанка привычного леса всё понятней, туман становится всё уютней, деревья показываются и играючи скрываются, и уже пора на автобус, потому только смотрю на начало колеи, которая привела бы к моей первой стоянке там неполных три десятка лет тому назад – и ухожу с чувством, что здесь «всегда возвращаюсь домой».
А потом поездом в Вильнюс, и вечер дня рождения, дня, в котором пыталась представить, как если бы живая гуляю не по собственно иной стороне – но по крайней мере по неё облику, представлению о том, какая она могла бы быть.
(27-ое декабря кончилось; большое спасибо всем, кто в тот день поздравили! Последующие дни – уже совсем другие дни, поздравлять не с чем, а тот самый опять будет через год. И сам рассказ, надеюсь, задаёт некое настроение).
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2017-12-28 06:04 (UTC)У меня нет тоски по чужой природе, но если бы была, тосковала бы по лесам и озёрам Молетского района. А зимой там никогда не бывала.
no subject
Date: 2017-12-28 18:59 (UTC)Ух, любопытно - те леса и озёра мне не столь хорошо знакомы, но отчасти знакомы! Их там к тому же много...
no subject
Date: 2017-12-29 07:45 (UTC)no subject
Date: 2017-12-29 10:48 (UTC)А в Белоруссии я была в лесу к востоку от Гродно (Азёры) и у Мостов - и сосны, и дубы хорошо растут.
no subject
Date: 2017-12-29 11:02 (UTC)no subject
Date: 2017-12-30 19:50 (UTC)no subject
Date: 2017-12-31 09:47 (UTC)no subject
Date: 2017-12-27 22:40 (UTC)no subject
Date: 2017-12-27 22:43 (UTC)P.S. betgi ji vasarą. Ten juk visada būdavo vasara :) , ir prie kitų metų laikų reikia prisiderinti visai kitaip.
no subject
Date: 2017-12-28 10:07 (UTC)no subject
Date: 2017-12-28 15:19 (UTC)no subject
Date: 2017-12-28 19:13 (UTC)no subject
Date: 2017-12-28 20:04 (UTC)no subject
Date: 2017-12-28 22:29 (UTC)no subject
Date: 2017-12-29 06:50 (UTC)no subject
Date: 2017-12-28 20:53 (UTC)no subject
Date: 2017-12-28 22:22 (UTC)no subject
Date: 2017-12-29 18:52 (UTC)и какие замечательные сосны, а
no subject
Date: 2017-12-29 20:53 (UTC)no subject
Date: 2017-12-30 19:21 (UTC)beje, ąžuole matosi stačiakampis iš šakų:) nieko tokio, bet negaliu gi nutylėti.
no subject
Date: 2017-12-30 19:33 (UTC)O ką reiškia stačiakampis?
no subject
Date: 2017-12-30 19:39 (UTC)įsižiūrėk į ąžuolo foto, dešinėje pusėje apačioj gulsčias stačiakampis susidaro iš šakų.
no subject
Date: 2017-12-30 19:47 (UTC)Radau, tokį su atskirtu linija kampu. Ir ką reiškia stačiakampis ant švento ąžuolo :)
no subject
Date: 2017-12-30 19:53 (UTC)nesusiriša:}
no subject
Date: 2017-12-30 19:58 (UTC)(Na, kad kalnas šventas - tai jau taip sugalvojo, bet nuotaika ant jo tikrai yra. Tik sakyčiau, Lados stabas kaip tik ardo eeee... vibracijas). :)