"Ilgoji Taika"
Aug. 15th, 2006 00:18![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
indrajaĮspūdžiai iš antrosios Silmarillion misterijos – man pirmojo visai tikro LARPG, kuriame teko garbė pabūti Ambarusa (Atjarusa) Telufinve, o paprasčiau – Amrasu. (Papildyta 2006 08 19)
Be galo be krašto visiems AČIŪ!!! Hildai – už žaidimą, vėliavą, Meondilį. Tučegui – už tikrą, sukeliantį pasitikėjimą, protingą, kantrų vyresnįjį brolį ir Valdovą Maidrosą (medalį už viena kaire atsukamą butelį!). Ratlaikeriui – už visą būrį orkų (visi miega, o iš kažkelinto pilies aukšto girdi kaukimą – ko tie orkai kaukia, ilgokai svarstėm – ir matai sušmėžuojantį juodą šešėlį...) ir žmogišką žmogų (kurio kalba rodė labai racionalią ir abstrakčią mąstyseną). Suprantama, ir už klausimėlius Fingonui, kurie Atjarusą privertė ganėtinai susinervinti (visgi gerai, kad tuo metu nieko neįtariančio žmogaus pašnekovas buvo ne Maidrosas)... Starlin (tetulei Lalvendei) – už padėkos Javanai apeigas ir puikų psichologinį spaudimą (kuris buvo ganėtinai netikėtas, tad reaguoti teko tikrai būnant Amrasu turbūt labiausiai per visą žaidimo laiką). Ir už jau tradiciškai vienintelę moteriškos lyties veikėją. Laiquai (Amrodui) – už visus metus trukusį dialogą, kuris man padėjo surasti, pamatyti savąjį veikėją, už brolį dvynį, už pokalbį apie tai, kaip mums skirta gyventi sulig Arda. Exon (Maglorui) – už mąslų, santūrų, po ramia išore besislepiančios stiprios dvasios brolį. Veonui (Fingonui) – už netikėtą susitikimą su einančiu į šventę ir dainuojančiu pusbroliu, už tiesius, bet neįžeidžius aplinkui vaikštantiems Feanoro sūnums atsakymus į žmogaus klausimus, už leidimą supinti kasytę ir prašymą supinti daug kasyčių. Magogui (sargybiniui) – už toookią pilį ir poligoną. Kemenkiri (netikėtam svečiui sindai) – už tikrovišką orkų persekiojamą pabėgėlį iš Angbando, už progą jį įtarinėti ir skleisti įtarimus nesuprantama sindai kvenja (lietuviškai), už pietinius elfus, kurie kažkaip keistai vartoja grybus. (Ar čia jau kolektyvinė kūryba? Buvo ir kanapių laukai, ir apie aguonas minčių...). Už spėliones, kur žmonės eina po mirties (Hild?), kolektyvinį „pasakų“ kūrimą, už žmogaus supažindinimą su šukomis. Medžiams – už ošimą. Visiems – už atmosferą. Po žaidimo – už Laiquos „Priesaiką“, Veono atsimenamus ‚Hearts on Fire‘ žodžius, tradicinius „Devynis“ su Exon. Kai jau visai baigėme žaisti – už nuostabią dieną Vilniuje su Exon, Hild ir Kemenkiri (ir ne tik), pokalbius apie Ardą, jūrą humoro ir dar daug ko. Tučegui – už mintis apie tai, jog reikėtų sužaisti Išėjimą ir Zvirmariljoną (senokai svajoju!). Ir kitiems – jei ką užmiršau.
Atjarusos kailyje pradėjau jaustis, kai ganėtinai tamsiu metu teko rinkti malkas, kurias elfai, suprantama, gerai ir tada mato. T.y. beveik iškart. Labai padėjo visi žaidėjai. Visai nežaidybinių kalbų berods išvengiau, bet buvo progų pakalbėti apie ne visai žaidybinius dalykus taip, kad tai žaidimo pasaulyje derėtų. Ir prisiminti asmenis, įvykius šiaip iš bendro gyvenimo. Tai nėra girtina ir visiškam įsijautimui kiek trukdo – bet labai smagu. Pasiteisinimui – o kas ten apie nendrynų katinus kalbėti ėmė, a? Tai va, naujokė pavyzdį ir paėmė. Nežinau, ar man asmeniškai labai pavyko pasiekti psichologinį realizmą, bet serialinį – manyčiau, ganėtinai. Kaip Exon patarė, saugiausia (tikrai?) tokiose situacijose sakyti „mes“ – tai va, mes su Atjarusa elgėmės ne kaip būdinga man, o kaip jam.
Tai kas gi vyko? Temstant šventės išvakarėse prie Himringo tvirtovės pasirodė orko persekiojamas sinda, Meondilis ir Atjarusa jį įsivedė vidun, Valdovas pribaigė orką. Meondilis sindą greitai (Atjarusai pasirodė, jog įtartinai greitai) nuramino ir pralinksmino. Pamažu rinkosi svečiai. Šventė buvo tikroviška – didesnis giminės susitikimas buvo ne tik proga linksmybėms, bet ir proga ne itin maloniems, bet rimtiems pokalbiams. Pasirodo, žaidėjams visgi teko iškrapštyti kone visas žinias apie pasaulio istoriją, geografiją ir metafiziką, arba ką nors tokio sukurti vietoje :D
Stengsiuos dalyvauti ir kitose tokiose misterijose, kad tik jų būtų! Pasirodo, mano kostiumas visgi kostiumas!
Впечатления (хорошие) и благодарности (многочисленные) после «Долгого Мира», первой серьёзной игры, в которой я приняла участие. Спасибо Кеменкири за беглого синду на игре, с которым можно было побеседовать на игровом синдарине и о котором можно было распространять подозрения на игровой квеньи, и за прекрасный и содержательный день после игры! Кстати, говорил ли кто-нибудь Мышам, что именно такие личности делают во много раз больше для устраивания международных отношений чем сделали бы все дипломаты и политики даже начав действовать в нужном направлении?...
***
Долгий пересказ...
Так, попытаюсь рассказать, может немножко иначе, то же самое скучно печатать. Благодарности всем и за всё, особенно Хильд – за игру. И что совсем не была Злобным Мастером: даже мой псевдонародный прикид неведомого происхождения не был забракован, а присутствия Мастера на игре вообще можно было даже не заметить. Запомнилось много. Превосходный замок Магога. Вролинг способом сбора дров в полутемноте (эльфы ведь их и там видят). Внезапное появление беглеца синды. Меондиль, так успешно синду успокоивший, что у Атьяруссы возникли подозрения (ведь говорят, иным просто дали сбежать, а воля их прикована к воле Моргота, или рассудок мог помутиться). Атьярусса распространял подозрения на квенья и сперва следил за тем, что синда не оставался без присмотра, то есть с одним лишь Меондилем. Лорд наш (Тучег. Или Тучка, извиняюсь, ещё путаюсь, хорошо ведь знаю только Экзон, Старлин и Лайкву) был настоящий, вызывающий доверие, умный и терпеливый, а за одной левой отвинчиваемую бутылку медаль можно вручить. Маглор (Экзон) оказался сдержанным, вдумчивым, спокойной внешности, но внутренне сильным братом. Фингон (Веон): ночная встреча с ним, идущим на праздник и что-то напевающим, позволение заплести косичку совместно с требованием заплести много косичек, неискажённое варение... Орки, которых целый отряд был отыгран одним Ратлайкером: особенно понравился тот, который выл, пока все спали, а Атьярусса стоял наверху и его заметил. Человек (Ратлайкер) очень хорошо расспрашивал Фингона. Фингон отвечал правдиво, но довольно тактично для феанорингов. Атьярусса нервно слушал. Всё-таки хорошо, что вопросы об истории достались не Майдросу... Ознакомление человека с расчёской стало одним из самых забавных моментов. Лайква (Амрод), к сожалению, гостил не долго, но близнецам удалось побеседовать по Меондилем (?) начатой теме о смерти людей, да разом и о собственной – вместе с Ардой... (Впрочем, нашла где-то около «Атрабета» – эльфам эти вопросы оставались открытыми, философическими! Для меня это очень важно – что для персонажа существовали некие фундаментальные тайны мироздания, чтобы было о чём размышлять, гадать, надеяться). И конечно очень спасибо Лайкве за весь год, в течении которого мы вместе пытались представить себе близнецов и просто привыкнуть друг к другу. У нас даже появился «танец Амбарусс» с размахиванием волосами по Blind Guardian “Mirror mirror“. Тётя Лалвенде (Старлин) не только пела да обряд проводила – она так успешно занималась психологическим давлением, что мне пришлось полностью стать Амбаруссой и от всей души объяснять, что отец уже сделал ВСЁ, и возможность покинуть Мандос ему и не нужна. Спасибо всем за сказки, конопляные поля, грибы... И за кота камышовые – впрочем, мне показалось, что это имеет и не игровой смысл, так потом стала развлекаться намёками на всякие посторонние дела, подогнанными под стилистику мира игры. Но в общем старалась из роли не выходить, даже ночью. Спасибо деревьям за шелест листьев... Буду ждать других таких игр!
Be galo be krašto visiems AČIŪ!!! Hildai – už žaidimą, vėliavą, Meondilį. Tučegui – už tikrą, sukeliantį pasitikėjimą, protingą, kantrų vyresnįjį brolį ir Valdovą Maidrosą (medalį už viena kaire atsukamą butelį!). Ratlaikeriui – už visą būrį orkų (visi miega, o iš kažkelinto pilies aukšto girdi kaukimą – ko tie orkai kaukia, ilgokai svarstėm – ir matai sušmėžuojantį juodą šešėlį...) ir žmogišką žmogų (kurio kalba rodė labai racionalią ir abstrakčią mąstyseną). Suprantama, ir už klausimėlius Fingonui, kurie Atjarusą privertė ganėtinai susinervinti (visgi gerai, kad tuo metu nieko neįtariančio žmogaus pašnekovas buvo ne Maidrosas)... Starlin (tetulei Lalvendei) – už padėkos Javanai apeigas ir puikų psichologinį spaudimą (kuris buvo ganėtinai netikėtas, tad reaguoti teko tikrai būnant Amrasu turbūt labiausiai per visą žaidimo laiką). Ir už jau tradiciškai vienintelę moteriškos lyties veikėją. Laiquai (Amrodui) – už visus metus trukusį dialogą, kuris man padėjo surasti, pamatyti savąjį veikėją, už brolį dvynį, už pokalbį apie tai, kaip mums skirta gyventi sulig Arda. Exon (Maglorui) – už mąslų, santūrų, po ramia išore besislepiančios stiprios dvasios brolį. Veonui (Fingonui) – už netikėtą susitikimą su einančiu į šventę ir dainuojančiu pusbroliu, už tiesius, bet neįžeidžius aplinkui vaikštantiems Feanoro sūnums atsakymus į žmogaus klausimus, už leidimą supinti kasytę ir prašymą supinti daug kasyčių. Magogui (sargybiniui) – už toookią pilį ir poligoną. Kemenkiri (netikėtam svečiui sindai) – už tikrovišką orkų persekiojamą pabėgėlį iš Angbando, už progą jį įtarinėti ir skleisti įtarimus nesuprantama sindai kvenja (lietuviškai), už pietinius elfus, kurie kažkaip keistai vartoja grybus. (Ar čia jau kolektyvinė kūryba? Buvo ir kanapių laukai, ir apie aguonas minčių...). Už spėliones, kur žmonės eina po mirties (Hild?), kolektyvinį „pasakų“ kūrimą, už žmogaus supažindinimą su šukomis. Medžiams – už ošimą. Visiems – už atmosferą. Po žaidimo – už Laiquos „Priesaiką“, Veono atsimenamus ‚Hearts on Fire‘ žodžius, tradicinius „Devynis“ su Exon. Kai jau visai baigėme žaisti – už nuostabią dieną Vilniuje su Exon, Hild ir Kemenkiri (ir ne tik), pokalbius apie Ardą, jūrą humoro ir dar daug ko. Tučegui – už mintis apie tai, jog reikėtų sužaisti Išėjimą ir Zvirmariljoną (senokai svajoju!). Ir kitiems – jei ką užmiršau.
Atjarusos kailyje pradėjau jaustis, kai ganėtinai tamsiu metu teko rinkti malkas, kurias elfai, suprantama, gerai ir tada mato. T.y. beveik iškart. Labai padėjo visi žaidėjai. Visai nežaidybinių kalbų berods išvengiau, bet buvo progų pakalbėti apie ne visai žaidybinius dalykus taip, kad tai žaidimo pasaulyje derėtų. Ir prisiminti asmenis, įvykius šiaip iš bendro gyvenimo. Tai nėra girtina ir visiškam įsijautimui kiek trukdo – bet labai smagu. Pasiteisinimui – o kas ten apie nendrynų katinus kalbėti ėmė, a? Tai va, naujokė pavyzdį ir paėmė. Nežinau, ar man asmeniškai labai pavyko pasiekti psichologinį realizmą, bet serialinį – manyčiau, ganėtinai. Kaip Exon patarė, saugiausia (tikrai?) tokiose situacijose sakyti „mes“ – tai va, mes su Atjarusa elgėmės ne kaip būdinga man, o kaip jam.
Tai kas gi vyko? Temstant šventės išvakarėse prie Himringo tvirtovės pasirodė orko persekiojamas sinda, Meondilis ir Atjarusa jį įsivedė vidun, Valdovas pribaigė orką. Meondilis sindą greitai (Atjarusai pasirodė, jog įtartinai greitai) nuramino ir pralinksmino. Pamažu rinkosi svečiai. Šventė buvo tikroviška – didesnis giminės susitikimas buvo ne tik proga linksmybėms, bet ir proga ne itin maloniems, bet rimtiems pokalbiams. Pasirodo, žaidėjams visgi teko iškrapštyti kone visas žinias apie pasaulio istoriją, geografiją ir metafiziką, arba ką nors tokio sukurti vietoje :D
Stengsiuos dalyvauti ir kitose tokiose misterijose, kad tik jų būtų! Pasirodo, mano kostiumas visgi kostiumas!
Впечатления (хорошие) и благодарности (многочисленные) после «Долгого Мира», первой серьёзной игры, в которой я приняла участие. Спасибо Кеменкири за беглого синду на игре, с которым можно было побеседовать на игровом синдарине и о котором можно было распространять подозрения на игровой квеньи, и за прекрасный и содержательный день после игры! Кстати, говорил ли кто-нибудь Мышам, что именно такие личности делают во много раз больше для устраивания международных отношений чем сделали бы все дипломаты и политики даже начав действовать в нужном направлении?...
***
Долгий пересказ...
Так, попытаюсь рассказать, может немножко иначе, то же самое скучно печатать. Благодарности всем и за всё, особенно Хильд – за игру. И что совсем не была Злобным Мастером: даже мой псевдонародный прикид неведомого происхождения не был забракован, а присутствия Мастера на игре вообще можно было даже не заметить. Запомнилось много. Превосходный замок Магога. Вролинг способом сбора дров в полутемноте (эльфы ведь их и там видят). Внезапное появление беглеца синды. Меондиль, так успешно синду успокоивший, что у Атьяруссы возникли подозрения (ведь говорят, иным просто дали сбежать, а воля их прикована к воле Моргота, или рассудок мог помутиться). Атьярусса распространял подозрения на квенья и сперва следил за тем, что синда не оставался без присмотра, то есть с одним лишь Меондилем. Лорд наш (Тучег. Или Тучка, извиняюсь, ещё путаюсь, хорошо ведь знаю только Экзон, Старлин и Лайкву) был настоящий, вызывающий доверие, умный и терпеливый, а за одной левой отвинчиваемую бутылку медаль можно вручить. Маглор (Экзон) оказался сдержанным, вдумчивым, спокойной внешности, но внутренне сильным братом. Фингон (Веон): ночная встреча с ним, идущим на праздник и что-то напевающим, позволение заплести косичку совместно с требованием заплести много косичек, неискажённое варение... Орки, которых целый отряд был отыгран одним Ратлайкером: особенно понравился тот, который выл, пока все спали, а Атьярусса стоял наверху и его заметил. Человек (Ратлайкер) очень хорошо расспрашивал Фингона. Фингон отвечал правдиво, но довольно тактично для феанорингов. Атьярусса нервно слушал. Всё-таки хорошо, что вопросы об истории достались не Майдросу... Ознакомление человека с расчёской стало одним из самых забавных моментов. Лайква (Амрод), к сожалению, гостил не долго, но близнецам удалось побеседовать по Меондилем (?) начатой теме о смерти людей, да разом и о собственной – вместе с Ардой... (Впрочем, нашла где-то около «Атрабета» – эльфам эти вопросы оставались открытыми, философическими! Для меня это очень важно – что для персонажа существовали некие фундаментальные тайны мироздания, чтобы было о чём размышлять, гадать, надеяться). И конечно очень спасибо Лайкве за весь год, в течении которого мы вместе пытались представить себе близнецов и просто привыкнуть друг к другу. У нас даже появился «танец Амбарусс» с размахиванием волосами по Blind Guardian “Mirror mirror“. Тётя Лалвенде (Старлин) не только пела да обряд проводила – она так успешно занималась психологическим давлением, что мне пришлось полностью стать Амбаруссой и от всей души объяснять, что отец уже сделал ВСЁ, и возможность покинуть Мандос ему и не нужна. Спасибо всем за сказки, конопляные поля, грибы... И за кота камышовые – впрочем, мне показалось, что это имеет и не игровой смысл, так потом стала развлекаться намёками на всякие посторонние дела, подогнанными под стилистику мира игры. Но в общем старалась из роли не выходить, даже ночью. Спасибо деревьям за шелест листьев... Буду ждать других таких игр!
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2006-09-02 19:23 (UTC)Там странно, но не злобно, они просто решили, что кто хочет, крестится, но если спросят, все мы христиане. Со временем народ в основном крестился:)