![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
К сегодняшней дате – просто перечень книг, которые читаю как раз теперь.
Ко дню памяти – Рута Ванагайте, «Нашенские» (Rūta Vanagaitė, „Mūsiškiai“, 2016) – за сегодня всю и прочла (не хочется растягивать эту встречу на следующий день, действительно). Встреча с историей, но не только – в основном с нашим пониманием истории Холокоста в Литве. В книге не только документы того времени и судебные протоколы последующих времён, но и взгляд на действительность. И не только автора, но и «врага» Эфраима Зуроффа, который совместно проделал путешествие по городкам Литвы. (Зурофф – преследователь нацистов, но то ли у него настолько не получалось сказать, то ли у людей так получалось услышать, но «все поняли», якобы он убийцами считает литовский народ как таковой). Памятники на местах убийства евреев – а такое место есть рядом с многими городками и сёлами. Люди, которые говорят про прошлое, но обычно не хотят, чтобы опубликовали их имена. И да, действительно несколько мест, где стоят памятники убийцам: когда спешили увековечить память всех противников советского режима, не так уж углублялись, а что же делал каждый из них до того. И не убирают их теперь, увы. Пересказ исторических деталей и документы, казалось бы, не новость – я почти всё уже читала в книгах, изданных на литовском. Так какое значение именно этой, новой книги? Почему её обсуждали и даже осуждали, ещё не успев прочесть? Ответ есть в ней самой: у нас всё уже написано историками, но всё не прочитано обществом. Ванагайте – человек, известный из телевизора, организатор фестивалей, автор книг, которые уже были раскуплены. Зурофф недостатком славы тоже не пожалуется. Вот в этом и разница: авось её книгу прочтут.
К европейскому дню победы – ещё недочитанная книга Ромена Гари, «Обещание на рассвете». Просто собралась наконец прочесть книгу человека, который также и памятник в Вильнюсе: мальчик с галошей. Галошу он кусками съел, потому что девочка требовала от кавалеров таких знаков внимания. В книге про это и рассказывается. Впрочем, у меня сильное подозрение, что крылатая писательская натура треть этой автобиографии нафантазировала, но памятник тем более хорош. Так вот, человек, у которого потом появился этот псевдоним, не окончил свой жизненный путь в Понарах, так как его мать всегда готовила его стать французом – и в Вильнюсе, и потом в Польше. На время войны он уже был им и состоял в военно-воздушных силах, тех, которые не согласились на предательство. На данном этапе чтения он летает в Африке, пусть в основном не на боевых вылетах. Обычное странное ощущение, если глядеть на ту войну с западной стороны: сочувствовать правильным, презирать неправильных и не чувствовать себя дико неуместно. Там и победа будет, следует только дочитать.
...А ещё давно мучаю Ницше, но вот уж поверьте, он тут действительно не при чём. Не то чтобы я его поняла, но всё-таки говорит он совсем не то, в чём его любили винить.
Ко дню памяти – Рута Ванагайте, «Нашенские» (Rūta Vanagaitė, „Mūsiškiai“, 2016) – за сегодня всю и прочла (не хочется растягивать эту встречу на следующий день, действительно). Встреча с историей, но не только – в основном с нашим пониманием истории Холокоста в Литве. В книге не только документы того времени и судебные протоколы последующих времён, но и взгляд на действительность. И не только автора, но и «врага» Эфраима Зуроффа, который совместно проделал путешествие по городкам Литвы. (Зурофф – преследователь нацистов, но то ли у него настолько не получалось сказать, то ли у людей так получалось услышать, но «все поняли», якобы он убийцами считает литовский народ как таковой). Памятники на местах убийства евреев – а такое место есть рядом с многими городками и сёлами. Люди, которые говорят про прошлое, но обычно не хотят, чтобы опубликовали их имена. И да, действительно несколько мест, где стоят памятники убийцам: когда спешили увековечить память всех противников советского режима, не так уж углублялись, а что же делал каждый из них до того. И не убирают их теперь, увы. Пересказ исторических деталей и документы, казалось бы, не новость – я почти всё уже читала в книгах, изданных на литовском. Так какое значение именно этой, новой книги? Почему её обсуждали и даже осуждали, ещё не успев прочесть? Ответ есть в ней самой: у нас всё уже написано историками, но всё не прочитано обществом. Ванагайте – человек, известный из телевизора, организатор фестивалей, автор книг, которые уже были раскуплены. Зурофф недостатком славы тоже не пожалуется. Вот в этом и разница: авось её книгу прочтут.
К европейскому дню победы – ещё недочитанная книга Ромена Гари, «Обещание на рассвете». Просто собралась наконец прочесть книгу человека, который также и памятник в Вильнюсе: мальчик с галошей. Галошу он кусками съел, потому что девочка требовала от кавалеров таких знаков внимания. В книге про это и рассказывается. Впрочем, у меня сильное подозрение, что крылатая писательская натура треть этой автобиографии нафантазировала, но памятник тем более хорош. Так вот, человек, у которого потом появился этот псевдоним, не окончил свой жизненный путь в Понарах, так как его мать всегда готовила его стать французом – и в Вильнюсе, и потом в Польше. На время войны он уже был им и состоял в военно-воздушных силах, тех, которые не согласились на предательство. На данном этапе чтения он летает в Африке, пусть в основном не на боевых вылетах. Обычное странное ощущение, если глядеть на ту войну с западной стороны: сочувствовать правильным, презирать неправильных и не чувствовать себя дико неуместно. Там и победа будет, следует только дочитать.
...А ещё давно мучаю Ницше, но вот уж поверьте, он тут действительно не при чём. Не то чтобы я его поняла, но всё-таки говорит он совсем не то, в чём его любили винить.